– Достойный муж достойной супруги своей! Приветствую тебя в сих чертогах! – напыщенно и скрипуче провозгласил он, и Гуров понял, что Вагряжский немного пьян.

– Здравствуйте, – сказал он суховато. – Вообще-то я как раз супругу и ищу. Не знаете, где она?

– Завидую, господин полковник, завидую черной завистью! – прокряхтел Вагряжский, делая попытки выбраться из кресла. – Вашему невероятному семейному альянсу завидую… Конечно, Мария красавица, кто же спорит, но моя жена тоже была когда-то не из последних. Однако я уже на втором месяце брака искал не супругу, а, извините, обходной маневр… Впрочем, все это уже в прошлом. Ныне я холост, а следовательно, свободен во всех смыслах… А вы здесь, господин полковник, с целью приобщиться к миру прекрасного или же по служебному делу? – закончил он с любопытством.

Гуров тоже, в свою очередь, удивился.

– Гм, чем вызван такой странный вопрос? – поинтересовался он. – Профессия, конечно, откладывает отпечаток, да и однажды я действительно занимался расследованием в этом самом театре, но это вовсе не значит, что я не могу просто прийти посмотреть спектакль, в котором, кстати, занята моя жена.

– А-а… – почему-то разочарованно протянул Вагряжский. – А я-то уж было решил…

– Что вы решили? – подозрительно спросил Гуров. – Что тут у вас вообще, черт возьми, происходит? Такое впечатление, будто вас вот-вот должны выселить из этого здания… Почему задерживается спектакль?

Вагряжский задумчиво посмотрел на Гурова, механически изобразил на лице гримасу комического отчаяния и опять с кряхтением опустился в кресло.

– Так вы действительно ничего не знаете! – с удовлетворением произнес он. – Забавно! Признаться, на язык так и просится банальная шутка о профессионализме нашей милиции, но, с вашего разрешения, я оставлю ее при себе, – вздохнул он. – Чересчур банальна!